Летаетъ, рыщетъ съ нимъ вездѣ

По высотѣ воздушной.

Лишь Гиппогрифъ, одинъ лишь онъ

Не чародѣйной силой

Атлантовой произведёнъ,

Какъ все другое было.

Другое все -- игра одна

Волшебнаго искуства;

Непостижимая -- она

Обманывала чувства.