Не вымолвитъ ни слова,

И по челу разлился стыдъ

Живымъ румянцемъ снова.

И долго, долго думалъ онъ

Съ собою о позорѣ,

О томъ, что женщиной сраженъ

Въ воинственномъ онъ спорѣ;

И, думу думою гоня,

На свѣтъ глядѣть стыдится,

И на чужаго онъ коня