Дионис
Наверно, екнуло
И в пятки соскочило и запряталось.
Ксанфий
Последний трус ты из богов и смертных!
Дионис
Я?
Какой же трус? Ведь губку я потребовал,
А кто б другой был столь отважен?
Ксанфий
Где ему!
Дионис
Лежал бы трус в навозе, не посмел бы встать,
А я поднялся. Я посмел и вытерся.