Вестник
Эй, домочадцы, эй, рабы Ламаховы,
Воды, воды согрейте быстро в тазике,
Жгуты готовьте и щипите корпию,
Перевязать ему лодыжку надобно.
Герой наш прыгал через ров и ранен был:
О кол споткнувшись, он лодыжку вывихнул,
Упав на камень, головою стукнулся
И даже из щита Горгону вытряхнул.
Когда же славное перо индюшечье
На камень пало, речь он молвил страшную:
«О славный мир! В последний раз сияние
Твое мне видно! Исчезаю. Нет меня».[673]Монолог представляет собой пародию на речи вестников в трагедиях. Жалобы Ламаха пародируют трагедийные «плачи».
Сказав, герой упал в канаву сточную.
Но снова встал, бегущим путь отрезал он,
С копьем в руке преследуя разбойников.
А вот и сам он. Двери отворите же!
Появляется Ламах.
Эксод
Ламах
Ай-ай-ай-ай!
О, горе мне! Ужасные страдания!
Погибну я, копьем сраженный вражеским.
Но есть другая боль невыносимая.
Меня увидит Дикеополь раненым
И над судьбой моею посмеется.
Появляется Дикеополь с двумя девицами.
Дикеополь
Ай-ай-ай-ай!
Какие груди — славные, упругие!
Целуй, целуй меня нежнее, золотце!
Взасос целуй, прижмись покрепче губками.
Ведь это я
Первый кружку выпил.
Ламах