Вниз по горе на равнину катился обманчивый камень.
И:
…и отпрянула быстро пернатая злая (стрела) и прянула стрелка
Остроконечная, жадная в сонмы влететь сопротивных и: (копья)
В землю вонзяся стояли, насытиться алчные телом.
И:
…сквозь перси пробилося бурное жало,
Рея вперед.
Во всех этих случаях предметы, будучи изображены одушевленными, кажутся действующими, так как понятия «обманывать», «реять» и т. п. означают проявление деятельности. [Поэт] применил их с помощью метафоры по аналогии, потому что как камень относится к Сизифу, так поступающий бесстыдно относится к тому, по отношению к кому он поступает бесстыдно. [Поэт] пользуется удачными образами, говоря о предметах неодушевленных: (буря) …воздымает Горы клокочущих волн по неумолчно шумящей пучине, Грозно нависнувших, пенных, одни, а за ними другие.
[Здесь поэт] изображает все движущимся и живущим, а действие есть движение.