Фарид слез с коня и, как сказал старик, привязал узду к мячу. Конь стал, как пригвожденный к месту, а Фарид начал подниматься в гору. Сначала он ничего не видел, но чем выше он поднимался, тем больше встречалось ему черных камней. Фарид не знал, что это были некогда такие же юноши, как он, и их превратила в камни невидимая сила. Проходя мимо этих камней, он вдруг услышал такие крики, которых не слышал никогда в жизни. После первого завывания с одной и с другой стороны послышались страшные нечеловеческие вопли.
Эти стенания, как говорил старик, не походили ни на завывания ветра в пустыне, ни на шум низвергающихся в пропасть водопадов, ни на грохот несущихся с горных вершин потоков. Эти голоса доносились неведомо откуда. Отовсюду слышалось: 'Чего ты хочешь?', 'Держите его!', 'Убейте его!', 'Бросьте в пропасть!', 'Ох, ох, ах, ах'… Голоса эти насмехались над ним, а порой и ласково зазывали: 'Красивый юноша, иди к нам, иди к нам'…
Но Фарид, не обращая внимания на эти крики, продолжал подниматься вверх. А шум все усиливался, становился устрашающим. Иногда лица его касалось дыхание тех, кто кричал, они вопили слева, справа, спереди, сзади, и столь ужасающими, настойчивыми и угрожающими были их вопли, что Фарид дрожал по мимо своей воли. Вдруг от внезапного и сильного вскрика, забыв наказ старика, он оглянулся. В то же мгновение поднялся кошмарный вой, а затем воцарилось глубокое молчание. Царевич Фарид превратил ся в черный базальтовый утес. А конь его у подножий горы - в бесформенную глыбу. Красный гранитный мяч, покатившись вниз, вновь вернулся к старику.
В день, когда с Фаридом случилась беда. Фаризада по привычке достала нож брата, который всегда носи ла у себя на поясе, и увидела, что блестящее еще вчера лезвие потускнело и заржавело. И стала она стенать, кричать:
- Ах, любимый мой брат, где ты сейчас, что с тобой случилось? Горе мне, почему я отпустила тебя? О, как я несчастна и отныне презренна в своих же глазах!
На плач и причитания сестры прибежал второй брат - Фаруз, и стал утешать и обнадеживать ее. За тем сказал:
- Сестричка, от судьбы не убежишь. То, что случилось с Фаридом, должно было случиться, где бы он ни был. Сейчас я должен ехать брату на помощь, я постараюсь привезти диковинки, которые ты желаешь иметь.
Фаризада стала умолять его:
- Нет, нет, не уезжай, если едешь затем, чего желает моя презренная душа. Я ничего не хочу. Дорогой брат, если с тобой случится беда, я умру от горя.
Но плач и мольбы сестры не остановили Фаруза, Он оседлал коня. Прощаясь с сестрой, он отдал ей ожерелье из жемчужин. Это были жемчужины из слез Фаризады, пролитых ею в детстве. Отдав ожерелье, он сказал: