Где жадность и похоть жертвъ ищутъ себе,
Где ужасъ таится, где слышатся вопли
Погибшихъ и гибнущихъ въ зверской борьбе.
Тогда засыпалъ Онъ, но сонъ Его чуткий
Лишь длился то время, какое луна
Десятую долю пути проходила,
И вновь предъ зарею бежалъ ото-сна
И снова стоялъ на скале, наблюдая
Уснувшую землю, и мыслью своей
Съ любовью живущихъ на ней обнимая,