Огонь, и весь воздухъ надъ ней
Наполнился смрадомъ и шелестомъ крылий
И визгомъ незримыхъ зверей;
Казалось, что бездны раскрыли все пасти;
Исторгнулъ все чудища адъ,
И стращныя лица, и грязныя страсти
Съ шипеньемъ и ревомъ кишатъ.
Но святостью, точно стеною незримой
Отъ демоновъ злыхъ огражденъ,
Ихъ даже почти не заметилъ Всечтимый,