Сидела съ смущеннымъ лицомъ:
В предведеньи высшей любви безконечной
И жизни, которой чужда
Безсильная старость, восторгъ скоротечный
И смерти холодной вражда.
Исчезли, какъ дымъ, ея скорби, печали...
Она ему руку дала,
И желтую ризу поверхъ своей шали
Покрыла и такъ замерла.
Речей Его дивныхъ и тысячной доли