Рохини, что съ Гангомъ священнымъ сливался,
Катился предъ нимъ межъ камней.
На юге, гирляндой небеснаго цвета,
Стеной тамариндовъ и розъ,
Дворецъ Вишрамванъ оградился отъ света,
Отъ мира печали и слезъ.
Здесь пели немолчно безпечныя птицы,
Далекия горя и золъ;
Сюда доносилось волненье столицы,
Какъ будто жужжание пчелъ.