Они сѣли. Разговоръ завязался оживленный. Болѣе всѣхъ говорила графиня. Она разсказывала про общихъ знакомыхъ, про Петербургъ, про самую себя, про разныя новости и свѣтскія сплетни, и съ такой же простодушной откровенностью разспрашивала Василису Николаевну про ея дѣла и упрекала ее въ отшельнической жизни.
-- Вы такая хорошенькая, такая умная! говорила она, вы всегда имѣли такой успѣхъ! кому же и жить въ свѣтѣ, ежели не вамъ...
И графъ прибавилъ:
-- Вы не имѣете права, Василиса Николаевна, лишать общество лучшаго его украшенія.
Загорская только улыбалась на лестныя рѣчи и отвѣчала уклончиво.
Когда графиня встала, чтобы ѣхать, она выразила надежду скоро опять увидѣться.
-- А не буду ждать отъ васъ формальнаго визита, сказала она; пріѣзжайте къ намъ вечеромъ. Мы почти всегда дома, а по вторникамъ у насъ собирается небольшой кругъ друзей.-- Обѣщайте, что будете.
-- Я буду у васъ, отвѣчала Василиса.
-- Вечеромъ,-- да?
-- Постараюсь; во всякомъ случаѣ благодарю за любезное приглашеніе.