-- И вы съ нами... разумѣется.
-- Мнѣ нельзя; я долженъ завтра быть въ Женевѣ.
Она ждала этого отвѣта.
-- Что за необходимость; вы уѣдете послѣ завтра; пожертвуйте намъ завтрашнимъ днемъ...
-- Очень сожалѣю; но не могу.
-- Я васъ прошу, сказала она.
-- Не могу, повторилъ Борисовъ.
Она видѣла, что этотъ разговоръ въ присутствіи Вѣры былъ ему непріятенъ; она сама чувствовала, что онъ былъ неумѣстенъ, но не хотѣла и не могла уже вернуться назадъ. Въ отказѣ Борисова она видѣла что-то, для себя обидное, и ей казалось, что она должна была, во что бы то ни стало, заставить его уступить ей. Видя, что онъ молчалъ съ холоднымъ и недовольнымъ видомъ, она прибавила:
-- Я рѣшила, что вы непремѣнно поѣдете съ нами въ Мельери; я дала себѣ слово... Что же мнѣ теперь дѣлать?..
-- Не надо было давать себѣ такого слова.