Мы расстались. Я уехал на Камчатку, а Иван Бизанка остался на реке Хади. Вскоре в селении Дакты-Боочани умер его брат Тимофей, у которого было золотых и серебряных монет "великое множество". Чо-Чо похоронил брата на реке Хади по своему обряду с большим почётом, отправив в загробный мир все любимые вещи покойного, охотничьи и рыболовные принадлежности, а золото и серебро закопал в тайге. В 1922 году старик ослеп и одинокий перекочевал к своим сородичам на реку Копи, ожидая, когда пробьёт и его последний час. Многие русские и орочи искали спрятанные сокровища, оцениваемые в 12000 рублей. Тщетно! Сам Чо-Чо Бизанка уже забыл, где закопал их, и теперь, в состоянии полной слепоты, не мог указать это место. Оно находилось, быть может, совсем рядом с жилищем, в котором мы сидели и вспоминали далёкое былое.
Пламя костра освещало стены юрты с отверстием вверху, через которое клубами вместе с искрами выходил дым. Снаружи слышались шум воды в реке, загромождённой плавниковым лесом, шорох дождя на крыше да ворчанье не поладивших что-то между собою собак. Я распрощался с орочами и отправился в осиротелый дом Чо-Чо Бизанка, давший нам теперь последний приют.
За ночь вода в реке поднялась ещё выше. Не имея выхода к морю, она стала прокладывать новые русла. Эти вновь образовавшиеся протоки и позволили нам без особых приключений обойти завалы стороною.
Теперь читателю необходимо несколько познакомиться с климатическими особенностями страны, по которой пролегал путь нашей экспедиции, без чего ему не совсем будет понятно дальнейшее.
Водораздельный хребет Сихотэ-Алинь и сопутствующие ему параллельные горные складки (расположенные вдоль берега моря и почти перпендикулярно к направлению господствующих ветров) играют большую роль климатической границы. Разница в фенологических явлениях к востоку и к западу от главного водораздела достигает двадцати и даже тридцати суток. В то время, когда на западе все реки уже покрылись льдом и по ним установилась санная дорога, реки прибрежного района ещё не начинают замерзать, и обратно, весной, когда на западе сообщение по рекам уже прекращается и наступает ледоход, на восточной стороне речные воды ещё скованы льдом. Значит, в бассейне Амура будут ранняя весна и ранняя осень, в прибрежном районе -- длинная затяжная весна и такая же длинная осень. Словом, при передвижении от запада к востоку мы как бы во времени переносимся назад, а при обратном движении -- перегоняем времена года и переносимся вперёд.
Не лишены интереса некоторые цифры, иллюстрирующие температуру, вегетационный и безморозный периоды, атмосферные осадки за год, количество пасмурных дней, вскрытие рек, начало пахоты и цветение черёмухи на берегу моря в Советской Гавани и в г. Хабаровске.
Вот чем объясняются такие явления, как дожди со снегом, которые экспедиция застала в Советской Гавани с 1 по 9 июня 1927 года.
Река Хади состоит из двух рек: самой Хади и Тутто. Первая короче, но многоводнее, долина её шире, развалистее и притоки значительной величины, вторая -- длиннее, долина её уже и похожа на ущелье; притоками её являются небольшие горные ручьи.
Оставив большую часть людей около устья последней, я пошёл вверх по реке Хади, которая в низовьях имеет ширину до 40 метров, глубину до 2 метров по фарватеру и быстроту течения 714 километра в час. Весь прибрежный район и вся долина реки Хади представляют собой горную страну, покрытую хвойным лесом, состоящим из даурской лиственницы (Larix dahurika Turcz), растущей высоким стройным деревом как на моховых болотах, так и на сухой каменистой почве, лишь было бы побольше света. Значительную примесь к ней составляла своеобразная аянская ель (Picea ajanensis Fisch.), проникшая на юг чуть ли не до самого Владивостока. Неизменным спутником последней являлась белокурая пихта (Abies nephrolepis Max.). Само название её указывает на гладкую и светлую кору. Отличительным признаком этого дерева являются тёмная, но мягкая хвоя и чёрно-фиолетовые шишки. Там и сям одиночными экземплярами виднелась берёза Эрмана (Betula Ermani Cham.), которую легко узнать по корявым стволам с желтоватою берестой, висящей лохмотьями. Она растёт только в тенистых, старых больших лесах одиночными экземплярами и, по мнению ботаников, является вымирающим деревом.
По пути мы только один раз видели след медведя; остальные звери отсутствовали. Зато птиц встречалось много. Первой на глаза мне попалась скопа (Pandion haliaëtus L.), которую орочи называют "соксоки". Этот пернатый хищник всё время летал над рекою, иногда задерживаясь на одном месте, трепеща крыльями и высматривая добычу. Вдруг он камнем упал в воду и тотчас взлетел кверху с рыбою в лапах. Поднявшись на воздух, скопа ловко отряхнула свои крылья и поспешно улетела в лес. Потом я заметил пугливую серую цаплю (Ardea cinerea Bris). Она всё время была настороже и каждый раз, когда из-за поворота показывалась лодка, тотчас снималась с места и летела дальше по реке, издавая хриплые крики. Иногда мы видели кроншнепов, тоже весьма строгих птиц. Они грациозно расхаживали по камням, входили в реку и что-то доставали из воды своими кривыми клювами. По-видимому, они только что прилетели и не успели ещё разбиться на отдельные пары. Кроме этих птиц, А.И. Кардаков отметил ещё уток, морянок, шилохвостов, касаток, корольков, также плисок и трясогузок.