Строение берега от устья реки Нимми до мыса Туманного довольно однообразное: здесь развиты главным образом лавы и их туфы. Эти туфы лежат слоями как осадочные породы, и из общей сырой массы лавы, чрезвычайно плотной и непористой, они резко выделяются своей пёстрой окраской: фиолетовой, чёрной, жёлтой, тёмно-красной и т.д.
Около мыса Киптомадуони лавы двух цветов -- серая и бурая. Серая лежит тремя слоями, бурые полосы занимают среднее место между ними. Вероятно, эти лавы вылились неодновременно и, быть может, появились на дневную поверхность земли не из одного и того же источника. Все туфы лежат флецами совершенно горизонтально и параллельно берегу моря и только изредка делают небольшие изгибы в вертикальном направлении, образуя длинные пологие антиклинали1.
XLIII
Береговые обрывы сильно разрушены главным образом деятельностью пресной воды, стекающей сверху. Другие факторы, как то: ветры, разность температуры осенью и весной и морское волнение играют второстепенную роль. В дождливое время года здесь всё время происходят такие большие обвалы, что в короткие промежутки времени они совершенно изменяют физиономию берега.
Сопровождавшие нас орочи не узнавали места. Там, где была раньше одинокая скала, имеющая вид человека, там, где был острый мыс, образовалась узкая расщелина. Вода прорыла глубокое ложе и вынесла к морю массу щебня. И всё это произошло на глазах людей в какие-нибудь полтора-два года.
Орочи объяснили это по-своему: "Каменный человек окарауливал горы; Какзаму -- худотелый великан на тонких, кривых ногах и с редькообразной головой, обращенной острым концом кверху -- злой дух, обитающий в густых лесах, разбил каменного человека и разрушил берег". Они долго шептались между собой и долго оглядывались назад, на проклятое место.
Между реками Адами и Буи на расстоянии семи вёрст есть трое береговых ворот недавнего образования. Последние к югу -- будут самыми большими. Они стоят не в воде, а на полосе прибоя. Раньше это был мыс, прорезанный вдоль какой-то жилой, состоящей из весьма сложной и твёрдой изверженной породы. Основная порода, бывшая с той и с другой стороны, размылась и обвалилась, а жила, как наиболее устойчивая, осталась стоять в виде стены. Затем в наиболее слабом месте её волнением пробило брешь, произошёл внутренний обвал и образовались ворота. Впоследствии море наметало сюда песок и гальку, и ворота очутились в стороне от воды. Дальше от реки Ниме вплоть до реки Лозаа опять тянутся базальты с характерным для них столбчатым распадением. Около самой реки Ниме эта столбчатость находится в виде венчающего карниза на самом верху обнажения, а около реки Лозаа они видны в трех ярусах: внизу, вверху и посередине. Обыкновенно такое столбообразное распадение распространяется и на соседние породы, хотя бы те состояли совершенно из другой структуры (например, песчаники). Здесь же оказались те же лавы, но они почему-то распались иначе и разбились неправильными трещинами на глыбы1.
На берегу самой высокой точкой в этих местах будет гора Скалистая высотой в 280 метров над уровнем моря. Для моряков она служит ориентировочным пунктом.
Часа в два дня мы миновали реку Ниме. Судя по тому, что мы видели с лодки, долина этой речки будет такая же болотистая, как и долина реки Сонье.
Всё описываемое побережье оголено от леса пожарами. Однообразно серые стволы деревьев, лишённые ветвей и зелени, поваленный ветрами сухостой, обгорелые пни и голые камни придают всей местности чрезвычайно унылый и тоскливый вид. Чувствуется отсутствие жизни, чувствуется, что всякое живое существо, дошедшее до границы пожарища, непременно должно повернуть в сторону и уйти из этой мертвящей пустыни.