Поднялся весь народъ, бѣгутъ, кричатъ нестройно;
А онъ и не моргнетъ -- лежитъ себѣ спокойно
И думаетъ: "теперь навѣрно угодилъ
Я тѣмъ, что ночью спалъ и пана не будилъ.
Пускай меня зовутъ -- я не пойду отсюда,
Пока не принесутъ ко мнѣ въ конуру блюда,
Да и тогда еще напляшутся со мной,
Пока взгляну на нихъ, да съѣмъ кусокъ, другой."
"Цю-цю!" "Вотъ панъ и самъ! Рѣшителенъ я буду."
"Берите, бейте пса!" кричитъ онъ, какъ шальной.