Сергѣй Петровичъ. Почему?.. Развѣ Клавдія Михайловна не такая же женщина, какъ и Елена?
Семенъ Семеновичъ. Клавочка -- замѣчательная, необыкновенная женщина... но она несчастная... Вы не знаете, Сергѣй Петровичъ... я никому не говорилъ... Я думаю, что она больная!
Сергѣй Петровичъ (съ отвращеніемъ). Всѣ онѣ больныя!.. Больны пустотой, ничтожествомъ души, разнузданной неудержимой чувственностью!.. (Машетъ рукой и отходитъ къ столу).
Семенъ Семеновичъ (съ ужасомъ). Елена Николаевна!.. Да вы, Сергѣй Петровичъ, и думать объ этомъ права не имѣете!.. Что вы это?.. Своимъ подозрѣніемъ вы ее оскорбляете, Сергѣй Петровичъ!.. Нехорошо даже!.. Вы простите меня, но это неблагородно съ вашей стороны, Сергѣй Петровичъ!..
Сергѣй Петровичъ (садится за столъ и опускаетъ голову на руки). Не знаю... ничего не знаю!..
Семенъ Семеновичъ. Вѣдь вы же благородный человѣкъ, Сергѣй Петровичъ! Какъ же можетъ благородный человѣкъ заподозрѣть другого въ такой подлости?..
Сергѣй Петровичъ (подымая голову и глядя на него съ горькой усмѣшкой). Я былъ благороднымъ человѣкомъ!.. Я вѣрилъ своей женѣ, любилъ ее, не допускалъ мысли объ обманѣ... Я думалъ, что никогда не унижусь до чувства ревности!.. Но теперь не то!.. Я запутался, потерялъ вѣру, уваженіе къ самому себѣ, все!.. Я испачкался, исподличался въ этой паутинѣ постоянной лжи, сплетенъ и притворства!.. У меня уже нѣтъ ни вѣры, ни гордости!.. Знаете ли вы, что я дошелъ до того, что выспрашиваю прислугу!.. Я научился слѣдить, подсматривать, подслушивать, неожиданно входить въ комнату, ловить на словахъ, замѣчать взгляды и улыбки...
Семенъ Семеновичъ. Сергѣй Петровичъ, голубчикъ! Что вы говорите?.. Да и не повѣрю я никогда!..
Сергѣй Петровичъ (криво усмѣхаясь). Къ сожалѣнію, это правда!.. Вы думаете, я не повѣрилъ Андрею?.. Я только изъ гордости притворился, что не вѣрю, а каждое его слово горитъ у меня въ мозгу!.. Какая ужасная вещь -- любовь!.. Я знаю все, мнѣ кричитъ объ этомъ каждый ея жестъ, каждое движеніе, а я все-таки не вѣрю, не могу повѣрить!.. Я боюсь повѣрить!.. Если бы я могъ узнать все до конца!.. Мнѣ было бы легче застать ее въ объятіяхъ любовника, потому что я узналъ бы тогда правду, ушелъ бы, поборолъ бы свою любовь... А въ этой лжи, въ этой путаницѣ я долженъ жить и любить, безъ вѣры, безъ уваженія, презирая и себя и ее!..
Семенъ Семеновичъ (со слезами). Сергѣй Петровичъ, побойтесь вы Бога!..