(Трое бродячихъ грузинъ-музыкантовъ, въ оборванныхъ черкескахъ, безстрастно усаживаются на краю лужайки надъ обрывомъ. Князь о чемъ-то тихо съ ними переговаривается. Старшій грузинъ важно киваетъ головой. Князь выходитъ на средину и подаетъ знакъ. Начинается дикая, нестройная музыка. Елена Николаевна и князь танцуютъ. Всѣ въ тактъ хлопаютъ въ ладоши. Семенъ Семеновичъ держитъ надъ головой обѣ свѣчи. Танецъ кончаете я).
Всѣ. Браво, браво!.. Бисъ!.. Еще!..
(Елена Николаевна, тяжело дыша, останавливается, и не то въ забывчивости, не то отъ усталости, склоняется къ князю, который поддерживаетъ ее, почти обнимая).
Елена Николаевна (съ странной, блуждающей улыбкой). Устала...
Всѣ. Браво! Браво!.. Бисъ, бисъ!.. Еще!.. Голубушка, Елена Николаевна, еще!.. Молодецъ, князь!..
Сергѣй Петровичъ (незамѣтно, какъ бы проходя мимо). Лена!..
(Она испуганно оглядывается, отшатывается отъ князя, и какъ-то вся сжавшись, сдѣлавшись какой-то маленькой и жалкой, беретъ у поручика шляпу и идетъ къ мужу).
ЗАНАВѢСЪ.
ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.
Всѣ окна дачи ярко освѣщены, и дверь на балконъ открыта настежь. Мелькаютъ силуэты, слышны голоса, смѣхъ и звуки піанино. На площадкѣ, передъ балкономъ, большой столъ, съ неубранной, послѣ ужина, посудой, бутылками и цвѣтами. Кругомъ въ безпорядкѣ отодвинутые стулья. Большая лампа безъ абажура горитъ на столѣ. Въ сторонѣ подъ деревьями -- садовая скамья и плетеное кресло. Лѣтняя теплая ночь. Крыша и стѣны дома, темныя верхушки кипарисовъ и звѣздное небо залиты луннымъ свѣтомъ. Въ глубину сада уходитъ темная таинственная аллея.