Пред Ним Единым преклоняюсь
Всечасно телом и душой,
Но перед вам не унижаюсь,
Знав всю невинность пред собой".
И Цербер так не лаял сильно
В три зева в аде на цепи,
Как тут ревели громосильно
Без толку все и без пути.
Ревет начальник: "Стой, мальчишко,
Как смел пред нам ты говорить,