САРА. Отецъ разсердится! (Слышны шаги на лѣстницѣ) Тсс! молчи! Отецъ идетъ...
ХОЗЯИНЪ (еще на лѣстницѣ). Что? Кланяться передъ ними? Очень мнѣ нужно! (Входитъ; это высокій, крѣпкій мужчина, лѣтъ сорока, черное поросшее лицо, черная, кругло остриженная борода, говоритъ громко и грубо, руками задѣвая другого, но во всей его физіономіи чувствуется открытость) Не придутъ и не надо! Я бѣдняковъ собралъ, не боюсь! Найдутся охотники до пряниковъ и гуся! (Увидя Ривкеле, садится на стулъ и пальцемъ зоветъ ее къ себѣ) Ну-ка, подойди къ отцу...
САРА (сердито и дѣлая видъ, что не обращаетъ на нихъ вниманія, сервируетъ столъ). Ты думаешь они захотятъ пачкаться тутъ? Вотъ если имъ сторублевка нужна или милостыня, тогда не брезгуютъ! Холопъ-трефной, деньги же его кошерны.
ХОЗЯИНЪ. Чего боится? Нашла заботу! Пустяки! Вреда не будетъ. (Зоветъ Ривкеле) Ну-ка, подойди къ отцу...
РИВКЕЛЕ (подходя къ нему очень неохотно и боязливо). Чего хочешь, отецъ?
ХОЗЯИНЪ. Ты не бойся, Ривкеле, зла тебѣ не сдѣлаю. (Беретъ ее за руку) Ты любишь отца своего, да?
(Ривкеле утвердительно киваетъ головой)
ХОЗЯИНЪ. Почему же ты боишься отца?
РИВКЕЛЕ. Не знаю я...
ХОЗЯИНЪ. Ты не бойся, отецъ тебя любитъ, очень любитъ... Вотъ сегодня я заказалъ святую тору, это стоитъ дорого,-- для тебя, дочка, для тебя...