-- А ты думаешь, что она очень этому будетъ рада? отвѣчалъ Гуго, вздохнувъ при этомъ имени.
-- Герцогиня -- особа со вкусомъ; она очень бы разсердилась на васъ, еслибъ вы дали себя убить и даже никогда бы вамъ этого не простила... А если напротивъ, изъ любви къ ней, вы будете заботиться о своемъ здоровьи, она ничего не пожалѣетъ, чтобъ васъ наградить за это... Полѣзайте-ка на меня, какъ полѣзли бы на дерево; сотню разъ мы съ вами продѣлывали эту самую штуку въ Тестерѣ, добираясь до птичьихъ гнѣздъ или до яблоковъ; а теперь поставьте ноги мнѣ на плечи, помогайте себѣ руками и однимъ скачкомъ попадете какъ разъ на самый гребень стѣны.
-- А ты же какъ? спросилъ Гуго, продѣлавши въ точности все, что совѣтовалъ Коклико.
-- О! я-то?... не бойтесь! у меня есть своя мысль. Еще не въ эту ночь меня поймаютъ!... Добрались?
-- Добрался, отвѣчалъ Гуго, сидя верхомъ на стѣнѣ.
-- Ну, графъ! теперь прыгайте внизъ.
-- А ты же? бѣги хоть скорѣй!..
XIX.
Что бываетъ за стѣной.
Въ ту минуту, какъ Коклико пускался бѣжать дальше, держась поближе къ стѣнѣ, Гуго замѣтилъ вдали свѣтъ факеловъ, отъ гнавшагося за ними отряда полиціи; шумъ голосовъ доходилъ уже къ нему. Онъ пустилъ руки и упалъ безъ шума на мелкій песокъ аллеи. Прежде всего онъ осмотрѣлся кругомъ. Всюду -- мертвая тишина; только вѣтеръ шумѣлъ голыми вѣтками. Подумавъ съ минуту, онъ вступилъ въ пустынную аллею, перешелъ черезъ лужайку, по серединѣ которой тихо журчалъ прозрачный фонтанъ, и вдали, въ смутной тѣни, за террассой, на которой стояли на мраморныхъ подножьяхъ бѣлые призраки нѣсколькихъ статуй, увидѣлъ величественную массу отеля, широкій фасадъ котораго и крыльцо съ двойнымъ всходомъ слабо выдѣлялись изъ мрака.