-- Маркизъ, какого вы были бы мнѣнія о человѣкѣ котораго вы всегда осыпали доказательствами дружбы и который, несмотря на это, обманывалъ васъ съ тою особой, которую вы любите больше всего на свѣтѣ, съ принцессой Маміани?
Маркизъ такъ и вскочилъ съ мѣста.
-- Кто это? воскликнулъ онъ.
-- А вотъ прочтите... Тутъ назвало имя друга, а принцесса сама подписалась. Послѣ вы мнѣ скажете, ошибся-ли я.
Имена Гуго де Монтестрюка и Леоноры бросились разомъ въ глаза маркизу. Онъ измѣнился въ лицѣ, принявшемъ то самое выраженіе, какое оно имѣло въ ту минуту, когда на него напали и раздѣли его въ замкѣ Сен-Сави. Мрачнымъ взоромъ онъ пожиралъ строки, написанныя рукой принцессы.
-- Гуго! Гуго! проговорилъ онъ глухимъ голосомъ... и она, Леонора!...
Капитанъ указалъ пальцемъ на печать.
-- Рука ея, а вотъ и печать.
-- О! я отмщу за себя! продолжалъ маркизъ со свирѣпымъ рычаньемъ. А я его слушалъ еще, когда онъ мнѣ толковалъ о своей любви къ графинѣ де Монлюсонъ!... Какъ же онъ обманывалъ меня, предатель!...
Ослѣпленный гнѣвомъ, онъ даже и не подумалъ спросить у незнакомца, какимъ путемъ онъ добылъ это письмо, а капитанъ д'Арпальеръ, понятно, самъ не приступалъ къ объясненіямъ.