Цезарь обратился любезно къ маркизѣ д'Юрсель и съ самой милой улыбкой сказалъ ей:
-- Двѣ дамы, путешествующія однѣ, нуждаются въ кавалерѣ; позвольте мнѣ быть вашимъ.
Эти слова окончательно смягчили Орфизу.
-- Если такъ, отвѣчала она, и если рѣшено, что вы даете намъ клятву въ повиновеніи, то мы соглашаемся допустить васъ въ наше общество.
Дать клятву никогда не затрудняло Цезаря. Онъ поклялся во всемъ, чего хотѣлось Орфизѣ.
-- Вотъ ты и въ крѣпости, сказалъ кавалеръ де Лудеакъ: это для начала очень недурно. Теперь намъ остается только ждать помощи отъ случая, чтобъ крѣпость эта сдалась на капитуляцію.
Помощь эту, на которую Лудеакъ и Шиври разсчитывали оба, долженъ былъ привести имъ капитанъ д'Арпальеръ, за которымъ посланъ былъ въ Мецъ Карлилло. Весь вопросъ заключался теперь въ томъ, чтобъ капитанъ поспѣлъ во время -- поддержать ихъ силой въ благопріятную минуту. При въѣздѣ въ городъ поставлены были лакеи; имъ разсказали подробно примѣты обоихъ итальянцевъ и велѣли немедленно донести, какъ только они появятся.
Недолго пришлось имъ дожидаться.
Какъ-то вечеромъ капитанъ, весь въ грязи, явился передъ Цезаремъ и Лудеакомъ въ сопровожденіи одного изъ часовыхъ.
-- Наконецъ-то! вскричалъ Лудеакъ; я ужь начиналъ бояться...