В кабачке было весело и шумно. Это был известный ресторанчик, бывший на плохом счету у полиции из-за вечных скандалов, и на весьма хорошем счету у студенческой молодежи, потому что во всем городе только здесь студентам верили в кредит.
Поэтому в ресторане было всегда полно. Хозяин его, Трофимыч, старый, тонкий, худой и изможденный старик, как статуя, неподвижно сидел за конторкой.
Также неподвижен оставался он и при всякого рода буйных и громких историях, которые часто, слишком часто разыгрывались в кабачке. Неподвижно и холодно заносил он в "книгу бытия", как ее прозвали студенты, все студенческие долги. И неподвижно, и холодно получал он их, после того, как задолжавшему студенту, наконец-то, приходила долгожданная "повестка"...
Трофимычу было 65 лет. Много на своем веку перевидал он студентов. Сначала не любил их. А потом привязался. Стал смотреть на них ласково. И не переменил о молодежи своего мнения даже после того, как в его жизни случилась сломавшая его сердце драма, а участниками в ней оказались его молодая жена и красавец-студент Краев. На старости лет, в недобрый час, вздумал обзавестись семьей Трофимыч. Несколько лет тому назад привез он из деревни сиротку Агашу необыкновенной красоты. Женился на ней и поставил ее рядом с собой, за буфетом.
Повалили студенты толпою тогда к Трофимычу. Рядом с иссохшим стариком, Агаша цвела волшебным цветком. Но она точно дала обет молчания. На вопросы отвечала односложно, а на комплименты и заигрывания -- сердитым блеском глаз, да изломом бровей. И поставила себя гордо и независимо.
Студенты отхлынули и стали относиться с большим уважением к молчаливой Агаше. А какой-то подвыпивший юноша даже сочинил однажды экспромт, вызвавший гомерический хохот всего кабачка:
Сердце нашей Агафьюшки-милки
Неприступней самой предварилки
Пришел роковой час, и молчаливая красавица исчезла. На другой день Трофимыч получил письмо, открывшее ему правду: Агаша уехала с Краевым. Лицо старика еще более замкнулось, и на неподвижной маске только горели углями мрачные глаза.
Трофимыч вспоминал эти моменты с какой-то сладкой тревогой. Как только разнеслась весть, что красавица-Агаша убежала от своего мужа, стихло сразу все в кабачке. Студенты точно конфузились поступка своего товарища. Трофимыч стоял, как всегда, сдержанный и безразличный, на своем обычном месте. Студенты искоса поглядывали на него и ничего не могли прочитать на его бесстрастном лице. Но все с удвоенной лаской начали относиться к нему, -- по юному бережно и чутко. И даже одно время скандалы прекратились.