— Еще бы не пойти, — отозвался Калле. — Спрашиваешь тоже!
При таком скудном урожае на преступников, как за последнее время, Калле был только рад взять кратковременный отпуск и целиком отдаться благородной войне Роз. И вообще интересно посмотреть, что там придумали Алые на этот раз.
— Я, пожалуй, пойду сейчас на разведку, — вызвался Андерс.
— Давай, — сказала Ева-Лотта. — А мы выйдем через полчасика. Я только сначала кинжалы поточу.
Это звучало внушительно и угрожающе. Андерс и Калле одобрительно кивнули. Ева-Лотта — настоящий воин, на нее можно положиться!
Под кинжалами, которые следовало наточить, подразумевались всего-навсего хлебные ножи булочника, но все-таки! Ева-Лотта обещала папе покрутить точильный камень, прежде чем она убежит. Стоять под палящим солнцем и крутить тяжелый камень — дело нелегкое, но, если представить себе, что ты точишь оружие против Алых, сразу становится гораздо легче.
— «…и смерть поглотит тысячи тысяч душ и унесет их в свое черное царство», — бормотала Ева-Лотта себе под нос и крутила камень так усердно, что на лбу у нее выступили капельки пота, а светлые волосы на висках завились колечками.
— Что ты сказала? — спросил булочник, подняв глаза от ножей.
— Ничего.
— Ничего, говоришь? — Он попробовал пальцем лезвие. — Ну, беги тогда!