— Да! Попроси папу позвонить в исправительный дом и сообщи им, куда за тобой приехать! — сказала Ева-Лотта.
— Прощайте, подлые псы! — ответил Сикстен. — Крикните, когда проголодаетесь, мы вам травки нарвем.
Он повернулся к Бенке и Йонте и, довольно потирая руки, произнес:
— Итак, мои дорогие соратники, в этом доме укрывается сейчас маленькая жалкая крыса, которая называет себя вождем Белой розы. Он одинок и беззащитен! Ищите его! Ищите!
Алые расшибались в лепешку. Они крались на цыпочках вдоль длинных коридоров, тянущихся по всему верхнему этажу. Они осторожно заглядывали в каждую комнату. Они устраивали засады у дверей чуланов. И они знали, что, где бы ни прятался вождь Белой розы, он должен понимать, какая страшная опасность ему угрожает. Его союзники заперты. Он один против троих. А эти трое горят желанием его изловить. Поймать вождя противника считалось в войне роз величайшим деянием, вроде как если бы союзники в войну ухитрились выкрасть Гитлера из Берлина.
Но вождь Белой розы спрятался хорошо. Сколько Алые ни шныряли вокруг, все тщетно.
Вдруг Сикстен услышал слабый скрип над головой.
— Он на чердаке, — прошептал Сикстен.
— Разве здесь есть чердак? — удивленно спросил Йонте.
Алые розы утром так тщательно обследовали весь дом, а чердака не заметили. Впрочем, ничего удивительного тут не было: кто не знал о существовании чердачной лестницы, вполне мог не заметить маленькую дверцу в стене, оклеенную теми же обоями, что и все помещение.