Сказано — сделано. Трое друзей мигом соскользнули вниз по веревке, помчались к реке и переправились по досочке, которую Ева-Лотта перебросила специально для войны Роз. Здесь проходил кратчайший путь к гаражу Сикстена.
Изрядно запыхавшись, они примчались в сад почтмейстера, где Сикстен, Бенка и Йонте как раз сидели и пили морс. Андерс провозгласил радостную новость, что Ева-Лотта больше не отказывается носить оружие и война Роз, следовательно, может вспыхнуть вновь. Алые выслушали сообщение с глубочайшим удовлетворением. Решение Евы-Лотты стать более женственной сильно опечалило их всех, и им никогда еще не было так скучно, как последние дни.
Сикстен гостеприимно пригласил врагов присесть и выпить морсу. Враги не заставили себя упрашивать, но Андерс, коварный, как змея, сказал:
— Почему бы нам не выпить морсу у тебя в комнате, Сикстен?
— Что с тобой, или на солнце перегрелся, — вежливо осведомился хозяин.Сидеть в душной комнате, когда здесь такой чистый воздух!
Пришлось пить морс на чистом воздухе.
— Можно посмотреть твое духовое ружье? — спросил Калле немного погодя.
Духовое ружье было самым драгоценным сокровищем Сикстена. Оно висело на стене в его комнате, и счастливый обладатель так любил его показывать, что давно уже всем надоел. А Калле это несчастное Сикстеново ружье прямо осточертело. Но сейчас ведь речь шла о тайном замысле Белых роз!
Сикстен просиял.
— Хочешь посмотреть ружье? Одну минуту!