— А не лучше ли сознаться? — сказал он мягко. — Мы же знаем, что это вы убили Грена. Знаем, что это вы послали тот шоколад Еве-Лотте Лисандер. Как было бы хорошо, если бы вы мне все рассказали и кончились бы эти бесконечные допросы.
Но молодой человек очень высокомерно продолжал утверждать, что не имеет ни малейшего отношения к убийству Грена, с которым он даже не был знаком, а уж тем более к шоколаду, посланному какой-то Еве-Лотте Лисандер.
В свою очередь комиссар уже в который раз спрашивал его, почему же, если совесть у него чиста, он бросился бежать, когда в Прериях появилась полиция.
Молодой человек был очень раздражен тем, что ему приходится все объяснять снова и снова. Он побежал потому, что дети так кричали и орали, словно он их чем-то обидел. Они, очевидно, его неправильно поняли, когда он с ними играл. Конечно, бежать было глупо, но комиссар ведь знает, чем грозит человеку обвинение в том, что он нехорошо обошелся с детьми. И, кроме того, он же потом остановился и подождал полицию. Возможно, он затеял глупую игру — этого он не отрицает. Девочка рассказала ему о бумаге, о какой-то карте, которую они разыскивали, и он смеха ради немного попугал их. Притворился, будто он их противник, который тоже хочет завладеть картой и разыскивать зарытые клады, да ведь комиссар сам видел карту и мог убедиться, что он не лжет. Дети сказали правду, он целился в них из пистолета, но ведь пистолет-то был не заряжен, дорогой комиссар!
Комиссар хотел знать, где же пистолет сейчас.
Да, молодой человек тоже хотел бы это знать, потому что это был хороший пистолет, он получил его в наследство от отца. Но один из ребят выбросил его в окно — просто смешно, до чего же они все приняли за чистую монету, — а после этого он его так и не видел. Наверное, другой какой-нибудь паршивый малец его схватил. Скорее всего, тот самый, который изрезал шины.
Комиссар покачал головой.
— Молодой человек, — заметил он, — врать вы умеете. Но вы не должны забывать вот о чем: Ева-Лотта Лисандер категорически утверждает, что вы и есть тот человек, которого она встретила в Прериях через пять минут после того, как был убит Грен.
Молодой человек презрительно рассмеялся.
— В таком случае, — ответил он, — чрезвычайно странно, что она болтала со мной, как с закадычным другом, рассказала и про карту, и про своих приятелей, и про все на свете. Или ей нравится болтать с убийцами?