— Руки вверх!
Это был голос дяди Эйнара, но как будто и не его. Сейчас в нем звучала сталь.
Всегда лучше смотреть опасности прямо в глаза. Калле обернулся и увидел направленное на него дуло пистолета.
Сколько раз мысленно он попадал в такое положение и всегда сохранял присутствие духа. Быстрым ударом он поражал целящегося в него преступника и со спокойным: «Не торопитесь, сударь», ловко отбирал у него пистолет. Действительность оказалась немножко иной… Калле, конечно, приходилось пугаться и раньше — например, когда на него бросилась на площади собака бухгалтера и еще когда он однажды зимой въехал в прорубь, — но никогда, никогда в жизни не чувствовал он такого леденящего до тошноты страха, как сейчас. «Мама!» — подумал он.
— Ближе, — произнес стальной голос.
Да, подойдешь тут, когда у тебя две вареные макаронины вместо ног! Он все-таки попробовал двинуться.
— Что? Калле? — Сталь исчезла из голоса дяди Эйнара, но суровость осталась. — Собственно говоря, что ты здесь делаешь в такое время? Говори!
«Что теперь будет! — в ужасе думал Калле. — Что говорить?»
В моменты величайшей опасности на человека иногда находит спасительное вдохновение: Калле вдруг вспомнил. что несколько лет назад он ходил во сне. Вставал среди ночи и отправлялся бродить. Это продолжалось до тех пор, пока мама не сводила его к врачу и ему не прописали успокаивающее лекарство.
— Ну, Калле? — сказал дядя Эйнар.