— Оскорбление смыто, — сказал Андерс. — Но завтра я оскорблю тебя, тогда мы сможем продолжить.
Сикстен одобрительно кивнул:
— Это означает войну Алой и Белой розы!
Сикстен и Андерс окрестили свои команды, следуя высокому образцу из истории Англии.
— Да, — торжественно возгласил Андерс, — начинается война Белой и Алой розы, и смерть поглотит тысячи тысяч душ и унесет их в свое черное царство.
Эта тирада тоже была взята из истории, и Андерс считал, что она звучит необыкновенно красиво, особенно после битвы, когда на Прерии спускаются сумерки.
Белые розы — Андерс, Калле и Ева-Лотта — торжественно пожали руки Алым — Сикстену, Бенке и Йонте, — и противники разошлись.
Надо сказать, что, хотя Сикстен и считал себя вправе обозвать Андерса «девчатником», когда тот прогуливался с Евой-Лоттой, он рассматривал Еву-Лотту как вполне достойного противника и представителя Белой розы.
Трое Белых роз пошли домой. Особенно спешил Калле. Он не находил себе покоя, если хоть на минуту выпускал из поля зрения дядю Эйнара.
«Все равно что поросенка в хозяйстве завести», — подумал Калле.