Гунилла с радостью погладила его и ласково попросила:
— Миленький Карлсон, останься! Мы обязательно что-нибудь придумаем.
— Ну ладно, — сказал Карлсон, — я, пожалуй, останусь.
У детей вырвался вздох облегчения. Мама и папа Малыша обычно гуляли по вечерам. Вот и теперь мама крикнула из прихожей:
— Малыш! Кристер и Гунилла могут остаться у тебя до восьми часов, потом ты быстро ляжешь в постель. А когда мы вернёмся, я зайду к тебе пожелать «спокойной ночи».
И дети услышали, как хлопнула входная дверь.
— А почему она не сказала, до какого часа я могу здесь остаться? — спросил Карлсон и выпятил нижнюю губу. — Если все ко мне так несправедливы, то я с вами не буду водиться.
— Ты можешь остаться здесь до скольких хочешь, — ответил Малыш.
Карлсон ещё больше выпятил губу.
— А почему меня не выставят отсюда ровно в восемь, как всех? — сказал Карлсон обиженным тоном. — Нет, так я не играю!