— Теперь, — сказал Юм-Юм, — теперь… все пропало!
Но тут случилось чудо! Только мы подумали, что вот-вот погибнем, волны присмирели и утихли. Они присмирели, как ягнята. Плавно пронесли они нашу ладью мимо грозных рифов и, тихо покачивая, приткнули ее к подножию черной щербатой скалы у самого замка рыцаря Като.
Почему волны так буйствовали, а потом присмирели? Этого я не знал. Может, они тоже ненавидели рыцаря Като? И помогли тому, кто пришел сразиться с ним. Может, Мертвое Озеро было когда-то радостным голубым озером среди приветливых скал, озером, в водах которого отражалось солнце, озером, веселые легкие волны которого ласкали утесы? Может, было время, когда дети купались и играли у этих берегов и детский смех, а не горестный крик заколдованных птиц разносился над водой?
— Спасибо тебе, доброе озеро! — сказал я. — Спасибо вам, буйные волны!
Но черные тихие воды ничего не сказали в ответ. Высоко над берегом, на высоком крутом утесе возвышался замок рыцаря Като. Никогда еще не был он так близко от нас. А эта ночь должна была стать ночью битвы. Я думал: знают ли люди, что нынче ночью грянет битва, и помнят ли они обо мне? Вспоминает ли обо мне мой отец? Думаю, вспоминает. Знаю, что вспоминает. Он сидит в одиночестве где-то далеко-далеко, и думает обо мне, и горюет, и шепчет про себя: «Мио, мой Мио!»
Я схватился за меч, и будто пламя обожгло мне руку. Я должен сразиться со страшным врагом, я не в силах дольше ждать. Я рвался вперед, желая немедленно встретиться с рыцарем Като, даже если встреча с ним обернется для меня гибелью. Я был готов к битве хоть сейчас, пусть даже битва эта грозит мне смертью.
— Мио, я так хочу есть! — сказал Юм-Юм.
Я вытащил остатки хлеба, хлеба насущного, и мы стали есть, усевшись на утесе неподалеку от замка рыцаря Като. А когда доели хлеб, почувствовали себя сытыми, сильными и даже веселыми. Но это был наш последний кусок хлеба, и мы не знали, когда нам доведется поесть снова.
— Теперь надо вскарабкаться на скалу, — сказал я Юм-Юму. — Иначе в замок рыцаря Като не попасть.
— Ладно, — сказал Юм-Юм.