Но аптека оказалась уже запертой, поэтому Пеппи просунула палец в кольцо висячего звонка и долго-долго звонила. Томми и Анника слышали, какой трезвон поднялся в аптеке. Минуту спустя в двери открылось окошечко — через это окошечко подавали лекарство, если кто-нибудь вдруг заболевал посреди ночи, — и аптекарь высунул в него голову. Увидев детей, он весь покраснел от гнева.
— Что тебе еще надо? — уже совсем сердито спросил он у Пеппи.
— Прости меня, милый аптекарь, — сказала Пеппи, — но ты так хорошо разбираешься во всех болезнях, что я подумала, ты, наверное, сможешь мне сказать, что нужно делать, когда болит живот: жевать горячую тряпку или лить на себя холодную воду?
Аптекарь был уже не просто красным, а пунцовым — казалось, вот-вот его хватит удар.
— Убирайся вон! — заорал он не своим голосом. — Немедленно убирайся, а не то!.. — И он захлопнул окошко.
— Что это он такой сердитый? — удивилась Пеппи. — Разве я сделала что-нибудь плохое?
И Пеппи еще энергичнее затрезвонила. Не прошло и секунды, как аптекарь снова высунул голову в окошечко. Цвет его лица внушал еще более серьезные опасения.
— Я вот думаю, что все же лучше жевать горячую тряпку — это средство помогает безотказно, я много раз проверяла, — начала Пеппи и поглядела ласково на аптекаря, который, не в силах вымолвить ни слова, гневно захлопнул окошечко.
— И говорить со мной не хочет, — сокрушенно заметила Пеппи и пожала плечами. — Что ж, придется самой испробовать оба способа. Вот заболит живот, пожую горячую тряпку и погляжу, поможет ли на этот раз или нет.
Она села на ступеньки у двери аптеки и выстроила в ряд все свои склянки.