В тот вечер в Каттхульте было очень уютно. Мама Эмиля достала из кладовой свежую колбасу, начиненную кашей, и начался настоящий пир.
Все вместе – Эмиль, и его мама, и папа, и маленькая Ида, и Альфред, и Лина, и КресаМайя – сидели в красиво убранной кухне, радостные и веселые. Да, то был настоящий праздничный вечер со свечами на столе. А колбаса была отменная – коричневатая, поджаристая. Они ели ее со свежей брусникой. Усерднее всех налегал на колбасу Альфред, хотя ему нелегко было управляться только правой рукой. Лина с любовью смотрела на него, и вдруг ей в голову пришла замечательная мысль.
– Послушай-ка, Альфред, раз у тебя нет никакого заражения крови, мы можем пожениться к весне, верно?
Альфред испугался так, что даже подскочил и просыпал бруснику на брюки.
– Этого я не обещаю, – сказал он. – У меня ведь есть еще один большой палец, так что неизвестно, может, и в нем будет заражение крови.
– Ну уж нет, – возразил Эмиль, – тогда я закопаю тебя к северу от дома, это я обязательно сделаю, потому что везти тебя в Марианнелунд еще раз я не смогу.
Креса-Майя сердито поглядела на Эмиля.
– С тебя станется, ничего святого для тебя нет, только бы позубоскалить. Уж я-то знаю, – обиженно сказала она.
И вот теперь, когда они сидели при свете рождественских свечей и было так хорошо и даже немного торжественно, мама Эмиля вытащила из кармана передника письмо и прочитала всем то, что доктор написал об Эмиле. «Им не помешает послушать такое письмо», – думала она.
После того как письмо было прочитано, все замолчали. Стало тихо, потому что они услышали торжественные и красивые слова. Наконец маленькая Ида произнесла: