– Еще как! Орали, как полоумные, ругались, себя не помня от гнева. А потом вскочили на коней и ускакали. Наверно, чтобы пожаловаться фогту. Так я думаю.
И Лысый Пер захихикал. Но Рони не нашла в его словах ничего смешного.
– И представь себе, – продолжал свой рассказ Лысый Пер, – когда мы уже навьючили все захваченные товары на наших лошадей, откуда ни возьмись, появляется этот чертов Борка и требует себе часть нашей добычи. Дело дошло до того, что эти бандиты стали в нас стрелять. И Стуркасу стрела угодила прямо в шею. Ну, и мы, понятно, тоже начали отстреливаться и ранили двоих или троих. Маттис как раз подошел к ним и услышал, что говорил Лысый Пер.
– Погодите, это только начало! – сказал он и заскрипел зубами. – Всех перебью! Р-разом! До сих пор я вел себя мирно. А теперь Борке и всем его разбойникам крышка.
Рони разозлилась не на шутку.
– А что, если будет крышка всем разбойникам Маттиса. – спросила она. – Об этом ты не подумал?
– И не буду думать! – оборвал ее Маттис. – Потому что этого не может быть никогда.
– Кто знает, – сказала Рони и подошла к Стуркасу.
Она села возле него и положила ладонь ему на лоб. Да, он пылал. Стуркас открыл глаза, увидел Рони и улыбнулся.
– Меня так легко не выбить из седла, – с трудом произнес он.