-- Плутовка, а вѣдь ты недурна! -- сказалъ онъ, улыбаясь улыбкой, отъ которой его лицо сдѣлалось еще страшнѣе и пытаясь взять меня за подобородокъ.
-- Сударь! -- воскликнула я, отстраняясь и чувствуя тяжелый запахъ изъ его рта.
-- Ты будешь слушаться меня, а не то...
"Я высвободила, наконецъ, свой ножъ и, не давъ закончить начатыхъ словъ, всадила его въ сухое тѣло, какъ-то странно хрустнувшее и свободно принявшее узкое лезвее.
"Оставивъ его громко кричащимъ, я распахнула дверь, и свѣжій воздухъ доставилъ мнѣ огромное наслажденіе.
-- Что случилось? -- спросилъ маленькій человѣкъ, заклеивающій какія-то бандероли на полу передней.
-- Я убила гражданйна Марата, -- отвѣчала я. -- Онъ бросился на меня".
Вдругъ, прервавъ чтеніе, Вифертъ опять погасилъ свѣчу и заговорилъ быстро, нараспѣвъ:
-- Слава тебѣ. Слава тебѣ, фіалъ утѣшенія сладостнаго. Слава тебѣ. Слава тебѣ, ангеловъ подруга свѣтлая. Роза, изъ. вѣнка небеснаго оброненная. Жертва сладострастія непорочнаго. Слава тебѣ!
Онъ замолчалъ и наступившее молчаніе показалось мнѣ довольно продолжительнымъ. Наконецъ, Кюбэ спросилъ: "Ну, что же дальше?"