Людмила. Эхъ! да вы не понимаете. Ужь это вездѣ давно дѣлается, пора и намъ!
Ѳеоктиста Гавриловна. Что это за городъ такой: всѣ-то перевлюбились, да перепутались: и старые, и молодые! тьфу!
Ерындикова (толкаетъ мужа къ Кондрашову). Поздравь. (Тотъ подходитъ и кланяется.)
Кондрашовъ. Спасибо, братъ, Богъ счастье посылаетъ. Вотъ самъ видишь,-- разскажи дома-то, разскажи.
Ерындикова. Нечего разсказывать-то, Василій Степанычъ, развѣ то что ѣздили непошт о, привезли ничего!
Кондрашовъ (въ сторону). Гм! гм! Эта, пожалуй, тамъ наплететъ. (Ерындикову.) Отчего же не почто: свѣтъ не безъ добрыхъ людей, братецъ; для тебя я вотъ что придумалъ: откупа не будетъ, такъ я тамъ у насъ складъ заведу и тебя сдѣлаю надсмотрщикомъ. Ты мужикъ вѣрный!
Ерындиковъ (кланяется). Благодарю покорно!
Попандопузо. Вотъ тебѣ и разъ! А я на это мѣсто разсчитывалъ.
Ерындикова (тихо про себя) И этимъ надо довольствоваться.
Ерындиковъ (женѣ). Теперь домой.