-- Не безпокойтесь;-- сказалъ Камышлинцевъ,-- я вамъ ручаюсь, что Ольга Ѳедоровна не сердится и, если угодно, то она пришлетъ экипажъ за Анной Ивановной.

-- Ахъ, много, много бы обязали! А я дочуркѣ скажу, что Ольга Ѳедоровна узнала, что она здѣсь, и пожелала видѣть ее. Только нельзя ли будетъ коснуться этого предмета такъ какъ-нибудь, стороной, чтобы не подумала дочка-то, что я на нее жаловаться пріѣзжалъ?..

-- Это все можно устроить: вы знаете, женщины на это мастерицы!

-- Э, что и говорить! Особенно Ольга-то Ѳедоровна: одно слово, златоустъ! Да ужь если позволите, Дмитрій Петровичъ,-- Барсуковъ всталъ и поклонился,-- замолвите и вы словечко и Ольгѣ Ѳедоровнѣ, да и моей-то дурочкѣ. Вѣдь ваше слово, что тамъ ни говори, а много значитъ, Дмитрій Петровичъ, и особенно для молодежи-съ: она васъ слушаетъ-съ! ваше слово много значитъ-съ!

-- Съ удовольствіемъ, съ удовольствіемъ, Иванъ Степановичъ!-- говорилъ Камышлинцевъ пожимая руку Барсукова, который откланивался.

-- А что это дворянство затѣяло противъ васъ, Дмитрій Петровичъ,-- смущенно говорилъ, уходя, Барсуковъ,-- такъ это все напрасно-съ! Мы люди маленькіе, говорить намъ не приходится-съ, а тоже чувствуемъ-съ!-- Что же, въ самомъ дѣлѣ; наши-то члены смотрятъ, коли они правы? Нѣтъ-съ, значитъ, не въ моготу-съ супротивъ васъ!.. Значитъ вы по правдѣ-съ, и всякій, кто къ вамъ обращался, не можетъ ничего сказать-съ...

-- Ну, что объ этомъ говорить, Иванъ Степановичъ,-- сказалъ Камышлинцевъ;-- современемъ все выяснится; а теперь вы видите, время новое, все еще кипитъ да мечется.

-- И не говорите!-- сказалъ Барсуковъ, отчаянно махнувъ рукой:-- такія времена., такія времена, и-и!... Мое истинное почтеніе!-- сказалъ онъ, еще разъ пожимая руку.-- Такъ позвольте надѣяться! -- Онъ еще разъ поклонился съ умиленнымъ лицомъ и скрылся.

Камышлинцевъ въ этотъ же день передалъ просьбу Барсукова Ольгѣ. Ольга выказала полную готовность, принять участіе въ этомъ дѣлѣ, только не совсѣмъ по желанію Барсукова. Намѣреніе его дочери нисколько не возмутило Мытищеву и не показалось ей дикимъ. Мысли объ ассоціаціи или артели она пропустила мимо ушей, какъ какой-то ненужный придатокъ или непрактичный хозяйственный пріемъ, который легко устранить; но заведеніе моднаго магазина ей даже понравилось. Что его хотѣла завести дворянка, это по ея мнѣнію ничего не значило, потому что въ ея глазахъ важно было не дворянство, а "общество", къ которому принадлежало лицо. Она даже смѣялась надъ опасеніями Барсукова.

-- Да! это дѣйствительно страшно, если фамилія Барсуковыхъ снизойдетъ до торговли,-- говорила она.-- У насъ здѣсь нѣтъ порядочнаго магазина, а у Анюты это дѣло пойдетъ, -- замѣтила Ольга: -- она мастерица шить и у нея вкусъ есть -- это главное! И потомъ, она дѣвушка практичная. Я лучше постараюсь уговорить старика отца и уладить это дѣло!-- рѣшила она, и принялась работать.