-- Да какой же это отвѣтъ, Анюта:-- вытирая ротъ салфеткой и складывая ее, сказала Арина Степановна.-- Вѣдь въ такомъ дѣлѣ надо обстоятельно говорить. Вѣдь хорошіе женихи на улицѣ не валяются. Какъ же отказывать человѣку, не зная его?
-- Да поэтому и отказываю, что не знаю его,-- отвѣчала Анюта.
-- Ну, посмотри, коли не знаешь, ознакомься. И Перепетуя Ивановна справедливо говоритъ: какъ же браковать человѣка, почти не видавши его! какой же, говоритъ, она въ немъ недостатокъ видитъ? нельзя же, говоритъ, такую мараль на человѣка безъ причины власть?
-- Ахъ, тетя! да никакой марали я на него власть не хочу!-- сказала Анюта съ лѣнивымъ упрекомъ.-- Сказали бы вы ей просто, что не хочу я за него замужъ выходить и знакомиться съ нимъ не хочу, потому что пойду за того только, кого полюблю, а его я не люблю и не полюблю никогда.
Арина Степановна вмѣсто отвѣта прокашлялась.
-- Аксинья, убери ужинъ, -- сказала она, какъ-бы приготовляясь къ чему-то важному. Бѣдная Арина Степановна и не замѣтила, что не съѣла половины своего обычнаго ужина.
Пока кухарка убирала со стола, тетка молчала.
Отпустивъ и давъ ей время удалиться, Арина Степановна снова начала:
-- Ты думаешь, я не умѣла передать ей твоихъ словъ?-- сказала она, нѣсколько обидѣвшись.-- Говорила всѣ твои резоны. А знаешь, -- прибавила она таинственно,-- что мнѣ отвѣтила Перепетуя Ивановна? "Что же, -- говоритъ, -- значитъ она любитъ кого-нибудь? значитъ уже есть у нея человѣкъ на примѣтѣ, коль она моего такъ, не видавъ, бракуетъ и напередъ говоритъ, что не полюбитъ!" Она меня такъ и срѣзала,-- прибавила Арина Степановна, и такимъ убитымъ голосомъ, что легко было повѣрить, что она дѣйствительно срѣзана.
-- Чѣмъ же это она васъ срѣзала, тетя?-- спросила Анюта, оставляя окно и обратившись къ теткѣ.-- А вы бы ей и сказали: "Да, молъ, можетъ, и любитъ!.. Камышлинцева, Дмитрія Петровича, кажется, любитъ!"