-- Если вы даже очень здравомыслящего человека посадите в тюрьму, что может он сделать, скажите пожалуйста? Ну так вот, я, председатель совета министров, я нахожусь в тюрьме. Я всегда стоял за прогрессивные реформы. В комитете министров я был против суровых административных мер; я боролся с усиленной охраной.
-- Тогда как объяснить, что, отменив усиленную охрану, назначили Трепова петербургским генерал-губернатором? Как объяснить провокационные выходки со стороны полицейских агентов, натравливающих народ на интеллигентов, на студентов? Нет ли здесь противоречия?
-- Это правда. Но о назначении Трепова я узнал, как и вы, из газет. Я за это назначение не ответствен, как и за события 9-го января. Верьте этому. Скажите это.
С. Ю. Витте остается самим собой. Кто когда-либо сомневался в его умении весьма ловко выгородить себя? Полагаю также, что никому не вздумается утверждать, будто ужасы 9-го января были совершены по его прямому приказу. Но многие ему ставят в вину, как ему это и было сказано, то, что он ничего не сделал для предотвращения ужасов. И многие продолжают обвинять его, несмотря на данное им объяснение, и я знаю, что ему удалось лишь наполовину убедить своего собеседника, с которым он счел нужным откровенничать.
Святополк-Мирский, который ничего не говорит, конечно, никого и не убеждает. Говорить или молчать -- теперь для одного, как и для другого, безразлично. Надо было действовать.
Убитые и раненые
В понедельник "Правительственный Вестник" опубликовал результаты усмирения: 76 убитых и 233 раненых. На следующий день, "по дополнительным сведениям", оказывается 96 убитых и 333 раненых. С другой стороны, некоторые телеграммы давали цифру в 5, 6, 10 тысяч и даже 24 тысячи жертв. И с той и с другой стороны -- неправда или очевидное преувеличение. На чем, однако, остановиться среди двух крайностей и как установить истину? Даже сегодня невозможно еще дать точное число и, вероятно, число это останется навеки неизвестным. Казалось бы, отчеты больничных врачей должны быть солидной базой для выяснения цифры убитых. Я производил свои поиски в этом направлении, с усердием собирая и складывая цифры, и получил результат чуть выше официального. Неужели правительство говорило правду, ошибаясь всего на несколько человек? Однако, не говоря об общественном мнении, имелись достоверные доказательства противного.
Одна женщина-врач, находящаяся в постоянном контакте с больничными докторами, заявляет мне: "Старшие врачи получили строгий приказ никому не сообщать точных цифр мертвых". Так, старший врач Обуховской больницы утверждает, что во вверенное ему учреждение было доставлено всего 26 трупов. Но врачи и сиделки, с своей стороны, утверждают, что весь подвальный этаж и даже двор были полны трупами.
По отношению к этой больнице я получил еще одно сведение, подтверждающее первое, от одного бактериолога, осведомленность и добросовестность которого не подлежат сомнению: "В Обуховской больнице все погреба были полны трупами".
Один товарищ-социалист, посетивший в понедельник мертвецкую Обуховской больницы, насчитал там, как он мне сам говорил, 40 мужских трупов и 10 женских.