— Как! Это вы, тетя Лиза?
Но тут взор ее упал на стоящих на пороге гренадер, и вдруг все ей стало ясно. Глаза ее наполнились слезами, и, сложив руки, она начала умолять не делать зла ее малюткам.
— Ни им, ни вам самим ничего не будет, — уверила ее цесаревна.
— Так вы не разлучите меня с ними?
— Нет, они останутся при вас.
— А Юлиана? Я без нее жить не могу!.. Пожалейте меня!.. Оставьте ее тоже мне…
— Хорошо. Теперь вставайте, только поскорее. Я беру вас к себе.
Сама Елизавета вместе с принцессой села в одни сани, двое других саней были поданы для арестованных между тем принца Антона-Ульриха и Миниха-сына и для Юлианы, Лили и Юшковой с двумя младенцами принцессы. По прибытии всех в елизаветинский дворец маленький Иоанн Антонович, проснувшись, расплакался. Цесаревна взяла его на руки и стала целовать.
— Бедняжечка! Ты-то ни в чем не виновен, виноваты во всем твои родители.