-- Так чего ее, старуху, будить-то? Пущай дрыхнет! Бутурлина, не менее других, забавляли неудачные увертки загонщика.
-- Экой ты сердобольный! -- сказал он. -- Даром лезть туда, понятно, кому охота. А вот, коли я дам тебе рублик заработать...
С этими словами юноша достал из кармана кошель, а из кошеля новенький серебряный рубль. Соблазн для бедняка-мужика был не малый; а насмешки окружающих еще более его подзадоривали.
-- Ну, давай уж сюда! -- решился он, наконец, и потянулся за рублем.
-- Нет, любезный, сперва заработай.
-- Правда! Когда ж за работу вперед платят? -- раздались кругом одобрительные голоса.
-- Вперед все вернее...
-- А не веришь, так изволь: доставай сам! -- сказал Бутурлин и бросил монету в яму к медвежатам.
Те долго уже понапрасну ожидали новых подачек; теперь все четверо разом накинулись на монету, и одному из них, действительно, удалось схватить ее зубами. Но она не пришлась ему, видно, по вкусу: он тотчас выпустил ее изо рта. После этого и остальные, один за другим, обнюхали блестевший на снегу кружок, но, не менее разочарованные, оставили его также лежать.
-- Ну, что же? -- спросил Бутурлин хвастуна-мужичонку, который в раздумье почесывал в затылке.