-- Камнем? -- удивился Петрусь. -- Да где ж ты наберешь столько камню, чтобы замостить целый город?
-- В столице польской Кракове на всех лучших улицах мостовые каменные.
-- Овва!
-- Верно тебе говорю.
-- Ты сам, княже, своими очами видел?
-- Сам.
-- Стало, верно. Ну, да ведь то какой ни на есть польский городишка, а это, на-ка, поди, Москва-матушка! Как пораскинулась! Сто лет мости -- не замостишь.
Каменных мостовых Москва, действительно, дождалась только без малого через сто лет, при Петре Великом (указ 1692 г.).
-- А вон и крючкотворы, чернильные души! -- заметил Петрусь.
В самом деле, здесь же, под открытым небом, на Ивановской площади расселось за столиками несколько площадных писцов, а стоявший перед ними безграмотный люд диктовал им письма к родным, либо излагал им свои нужды для составления кляузных челобитных или оброчных, мытных, купчих и иных актов.