Октября 21. От Муравьева из Веймара при коротенькой записке получил высочайший приказ: "За отличие при битве под Лейпцигом 4, б и 7 октября 1813 года производятся: ...хорунжий Павел Порошин в сотники... юнкер Андрей Пруденский в хорунжий"...
Бегу к Порошину, показываю приказ:
-- Честь имеем поздравить г-на сотника!
В первый раз за все время улыбнулся счастливой улыбкой.
-- И вас тоже, голубчик, -- говорит, -- за знамя -- Георгия, а за битву -- чин офицерский своим чередом, -- каково! Ну, теперь никакие доктора нас здесь не удержат. Вас-то ведь уже отпускают?
-- Отпускают, -- говорю. -- Но нога у вас, Павел Игнатьич, еще в лубке; ехать верхом вам и думать нечего...
-- В коляске поеду.
-- Да коляски теперь в целом Лейпциге, слышно, не достать: все забраны Главной армией.
-- Ну, так телега какая ни на есть найдется. Уж вы, Андрей Серапионыч не оставьте меня, поищите. А я вам за то подарок поднесу.
-- Подарок?