-- Да ты от кого?
-- Не велено говорить. И шмыг за дверь.
Развернул: увесистая тетрадь. Перелистываю: одни белые страницы. Но на первой надпись печатными литерами (дабы почерком своим, значит, себя не выдать):
Дневник А.С. Пруденского
Ириша! Ясное дело. Иду в кухню.
-- Вы, маменька, кого на пирог позвали?
-- Да всех Толбухиных с гостями.
-- А Елеонских?
-- Пока-то нет. Думала: нынче на водосвятии поспею. Да вот с пирогом, вишь, замешкалась...
-- Так я, маменька, буду на Иордани, скажу им. Хорошо?