-- Напротив: кроме казенного жалованья, у меня нет никаких собственных средств.
-- Удивительно! Вы, конечно, тоже высокого происхождения?
-- Нет, я даже не дворянин.
-- Непостижимо!
И опять заходил из угла в угол. Потом круто вдруг обернулся.
-- Скажите: какие это на вас ордена?
-- Это вот -- прусский железный крест за Кульмскую битву, а это -- наш русский Георгиевский крест за неприятельское знамя, которым я завладел под Лейпцигом.
-- Значит, при всей своей молодости, вы успели уже выказать большую храбрость и врожденное благородство. Ведь и родоначальники моего семейства заслужили свой графский титул своими рыцарскими качествами. Род наш один из самых древних... Только герцоги, графы и бароны Монморанси древнее нас, -- прибавил он с презрительной усмешкой, -- они ведут свой род ведь еще со времен допотопных.
-- Как так?
-- А так, что в гербе их изображен потоп и Ноев ковчег; к ковчегу подплывает кавалер в рыцарских доспехах и подает Ною пергаментный сверток с надписью: "Мосье Ной, благоволите принять на хранение документы фамилии Монморанси". Остроумно, не правда ли?