Меж тем Сеня мой хозяев Самойловых успел уже позвать. И входят они, а за ними лакей -- в руках поднос с бокалами шампанского. Все наперерыв с Пришей, со мною, с о. Матвеем чокаются. А неугомонный наш дружка:
-- Горь-ко! Горь-ко!
Писать ли еще дальше? Буде на дне души моей от перенесенных коловратностей жизни и оставался еще, быть может, горький осадок, то горечь его в неизъяснимой сладости -- не шампанского, а блаженного этого часа бесследно растворилась. Дай же Бог и будущим детям моим, и внукам, и правнукам, да и всякому ближнему дожить однажды тоже до такого часа... И точка.
Впервые опубликовано: СПб., Издание книжного магазина П.В. Луковникова, 1914. 276 с.