-- А саблю у него так и не отобрал, хорош! -- пристыдил меня мой хохол и обратился к пленнику: -- Позвольте сюда вашу саблю. Куда вы, скажите, ранены?
Ничего тот не ответил, с гордым видом только на груди мундир распахнул, -- вся рубашка в крови.
-- Мы самому государю вас представим, -- утешил его Сеня. -- Наши доктора живо вас вылечат.
Так прибыли мы к генералу Чаплицу. Выслушал он нас, похвалил.
-- А саблю эту, -- говорит, -- вы сами уж представьте его величеству.
Когда мы затем с нашим пленником и его саблей пред царские очи предстали, от необоримого волненья у меня дух захватило, и я, как говорится, стушевался. А Сагайдачный складно и пребойко доложил и про распоряжения Чаплица, и про молодецкую атаку донцов, точно он сам в оной участвовал, и про то, как потребовал он, Сеня, у пленного офицера саблю (что в плен того не он забрал, он умолчал), а закончил тем, что попросил у его величества оставить ему ту саблю на память. Государь милостиво улыбнулся, соизволил на просьбу и спросил его фамилию. А стоявший тут же Волконский пояснил:
-- Племянник графа Разумовского. Был уже и ранен.
-- И все еще юнкер? Поздравляю тебя корнетом. Я не завидую Сене, ай, нет. Буди воля Божья! Но для чего он столь продерзостно себя одного выставил? Зачем не признался, что никогда и ранен не был?.. Да сам я многим ли его лучше? Он-то хоть настоящим юнкером числился, а я, как никак, самозваный... Приходится хранение устам положить. Но переносить сие все же куда тягостно: сердце обида сосет...
Не могу продолжать. Скажу только, что в 4 часа дня от Наполеоновых гранат запылал Бауцен, запылали окружающие селения. Толпы бесприютных жителей: стариков, женщин, детей, в отчаянии разбежались по полю сражения, убитыми и умирающими усеянному. Французы с криком "вив л'амперер!" все напирали; союзные войска дрогнули, подались назад...
И повелено было прекратить кровопролитие... Отступали как на парадном марше, тихо и стройно. Потеряли, как и при Люцене, 20 тысяч убитыми и ранеными. Но в руках неприятеля не оставили, по крайней мере, ни пленных, ни орудий, ни даже повозок. Полной победы Наполеон все-таки не одержал...