— Да куда же вы, Александр Сергеевич? Ведь совсем еще рано: всего девять. Посидите!
— Меня что-то тянет домой…
— А я знаю что! — объявила Машенька. — Вам надо поскорей-поскорей записать хорошенькую рифму, пока не улетела.
— Нет, у меня какое-то внутреннее беспокойство, — серьезно отвечал Пушкин, — точно предчувствие…
— Вечно у вас эти предчувствия и приметы! — заметила Евпраксия Николаевна. — А до сих пор ничего еще не сбылось.
— Кое-что уже сбылось.
— Например?
— Например, предсказание старухи ворожеи Кирхгоф в Петербурге: "Du wirst zwei Mal verbannt sein",[1] и вот я второй раз в ссылке.
— Тем лучше: в третий раз, стало быть, ни за что уже не сошлют. Живите себе и пользуйтесь жизнью.
— Да, двенадцать лет еще впереди.