-- Верно, милый мой! -- согласился пан Мнишек, почти с отеческой любовью оглядывая небольшую фигурку предусмотрительного секретаря, -- недаром крохотный алмаз ценится дороже горы булыжной; вы, друг мой, алмазик чистейшей воды.
-- И пан воевода доверит мне это дело?
-- Кому ж доверить, как не вам! А что же вы имеете в виду внести еще в брачную запись?
-- Хотя самборское староство и отдано пану воеводе якобы в полную собственность, -- начал пан Бучинский, -- но доходов с него еле-еле хватает на текущие расходы. Непредусмотрительные же расходы особенно возросли со времени пребывания московского царевича в доме пана воеводы. Казалось бы, эти последние расходы по всей справедливости должны бы быть возмещены в свое время из казны московской.
-- И вы, пане Бучинский, находите удобным столь деликатный пункт включить также в брачную запись?
-- В денежных делах, пане воевода, чрезмерная деликатность, простите, не у места. Впрочем, все зависит от формы, в какой будет изложен этот пункт. Затем предвидятся еще немалые издержки на снаряжение царской невесты и на путешествие ее в Москву. По моему расчету на возмещение как уже произведенных расходов, так и всех предстоящих можно бы назвать круглую сумму в десять сот тысяч злотых.
-- Ой, ой! Не чересчур ли уж много?
-- Лучше перепросить, чем недопросить.
-- И вы думаете, что он охотно на это согласится?
-- Охотно ли, нет ли -- не знаю; но в конце концов что же ему делать? Далее позвольте уже без обиняков спросить пана воеводу: заготовлено ли уже в приданое столовое серебро?