-- Гм... Да тебе-то, милочка, на что? Что за странные для девушки вопросы ни с того, ни с сего?
-- Видно, есть с чего... Так что же, говорите: принц он или нет?
Пан Мнишек пристально взглянул в глаза дочери. Она глядела на него не менее зорко и смело, нетерпеливо потопывая ножкой по полу.
-- Ты, Марина, у меня ведь известная фантазерка: в безумной головке твоей, верно, опять какая-нибудь шальная идея родилась?
-- Шальная ли, увидите когда нужно. А теперь отвечайте мне: кто этот таинственный незнакомец, выдающий себя за русского царевича? Отвечайте, пожалуйста, по совести! Вы не знаете, папа, сколько от этого зависит и для вас, и для меня!
Пан воевода озабоченно насупился и покачал головой.
-- Что я скажу тебе? Кто заглянет ему в душу?
-- Так вы сами, значит, не совсем уверены в нем? -- продолжала допытываться панна Марина, и возбужденные черты ее подернулись тенью разочарования. -- Это, конечно, грустно, очень грустно; но... все равно, принц он или нет, есть ли у него надежда захватить венец царский?
-- Ежели король наш Сигизмунд и сейм польский не откажут ему в своей помощи -- без сомнения.
-- А эти посланцы папского нунция из Кракова прибыли сюда к вам, конечно, по этому же делу?